Где-то снег съедает подошвы,
Нечего жалеть себя – всем бывает так тошно.
Ну-ка громче песни, смех, горланим нарочно,
Топчемся на месте – беговая дорожка.
(с) Oxxxymiron


– За что? – Андрей вопрошающе посмотрел на начальника. Лицо побелело. Голова предательски закружилась. К горлу подступила тошнота.

– Понимаете, Андрей Николаевич, – директор подошел к окну, скрестив руки за спиной, – мне очень жаль. Но поймите правильно. В стране кризис. Фирма терпит колоссальные убытки. Мы просто вынуждены пойти на ряд сокращений. Мне жаль.

– Вы же знаете, у меня ипотека… – упавшим голосом попытался возразить он.

– Мне жаль. Поверьте, правда, очень жаль! – повторил директор.

Андрей вышел из бизнес-центра. Трясущимися руками поднес сигарету ко рту. Колесико зажигалки не слушалось. Прикурив с третьей попытки, он огляделся по сторонам. Домой идти не хотелось.

Он достал телефон – седьмой айфон, купленный месяц назад в рассрочку на два года. Покрутил в руках. Посмотрел ленту недавно набранных звонков.

Позвонить Ане, покаяться и все рассказать? Нет, только не сейчас. Он еще немного подумал, затем нажал на имя друга детства, земляка и неизменного пятничного собутыльника – Витьки Карпенко.

В трубке вместо привычных гудков заиграл бэктон – хит Натали «О, Боже, какой мужчина».

– Хм… Хрр… Слушаю! Але! – ответил заспанный голос.

– Привет, Витя! Это Андрей! Не хочешь пойти выпить пива?

– Пива…

– Да, немного пивка. Я тут вышел с работы. Сложный день был. Вот я и подумал, может, пива немного выпить?

– Пи-и-ива-а… – задумчиво протянул Витька и вновь замолчал.

– Ну да… Чуточку горло сполоснуть.

– Пиво – это хорошо. Давай в «Мюллере» через час, – сказал Витя и повесил трубку.

Андрей хотел было возразить, что ему не очень удобно в час-пик добираться до «Мюллера», но не успел. Убрал телефон в карман джинсов и пошел в сторону метро.

*

– Холодно, бля! – Шмыга поежился, смачно втянув сопли. Прожевал их. Звучно выплюнул буро-зеленую субстанцию на снег.

– И башлей нет ни ***! – констатировал Атом.

По ступеням супермаркета «Дикси» спускался худой невзрачный мужчина средних лет с мешковатым пластиковым пакетом в руках. Шмыга пошел ему наперерез, преградив путь.

– Слышь, отец! – начал он гнусавым голосом. – Не выручишь нас с корешем, а? По-братски, полтишком?

– Ох, ребят, откуда у меня…

– Да ладно, отец, не падли, будь человеком! Мы же не просто так просим, а на похмел, – к нему подошел Атом. – Святое дело!

Мужик опасливо посмотрел ему в лицо – ничего не выражающее, серое, с пеньками гнилых зубов, торчащих из-под растрескавшихся губ. Он неуверенно достал из кармана линялой куртки несколько купюр. Трясущейся рукой протянул полтинник, убрав остальное обратно в карман.

– От души, бать! – Шмыга хлопнул его по плечу.

Он кивнул Атому на светящуюся рыжую витрину магазина. Тот оторвал взгляд от кармана старенькой куртки, ухмыльнулся напоследок, нехотя пошел за товарищем по ступеням. Мужчина облегченно выдохнул и быстро зашагал по тротуару.

*
– Такие дела, братан! – сокрушенно сказал Андрей, закончив свою историю, и уткнулся в стакан с пивом.

– Бывает, что уж, – ответил Витя. Помолчал, сделал глоток и добавил: – А я себе дробовик новый купил. На шестнадцать зарядов, прикинь! Только затвор дергаешь – бах! – он всплеснул руками.

– Ви-тя! Ка-кой дро-бо-вик! – прошипел Андрей. – Меня с работы уволили, понимаешь?! У меня денег осталось десять тысяч да карта кредитная в минусе! А через неделю за квартиру надо тридцатку отвалить, а через две – пятерку за айфон!

– Ну, плохо. Что тебе еще сказать?

– Мог бы хоть сочувствие выразить, если тебе совсем до фонаря, – сказал Андрей устало.

Он допил пиво. Закурил. Возникла неловкая пауза. Витя заерзал на стуле.

– Ладно, брат. Пойду я, пожалуй. Дома дел невпроворот. Да и на службу завтра. – Он положил пятьсот рублей на стол. – Добавишь немного, ладно? А то у меня только крупные купюры.

Андрей заказал еще два пива и попросил счет. Мельком пробежавшись по чеку глазами, даже не удивился тому, что напил на сумму почти в два раза меньшую, чем его товарищ, – всего восемьсот рублей. Достал кредитную карту, положил в синюю дерматиновую папку с выгравированной эмблемой кафе.

*
– Эх, ****ь, хорошо! – Шмыга стоял, подпирая стенку подъезда в пролете между шестым и седьмым этажами. – Сейчас бы телочек еще, вообще заебись было бы!

Атом взял с подоконника двухлитровую бутылку пива «Охота». Сделал глоток. Часть напитка вытекла из уголка рта на видавшую виды красно-бело-черную тканевую куртку Snapon.

– Телочки – это хорошо, конечно, – сказал он. – А вот бухло кончается. И куреха.

– Что предлагаешь? – спросил Шмыга.

От крепкого пива глаза сбились в кучу. Шапка съехала на затылок.

– Лоха отработать! – Атом небрежно поставил пиво на подоконник. Капли пены попали на рукав. – Пойдем к метро, где потише. А когда какой-нибудь терпила зайдет во дворы, ебнем ему фомкой по хребтине, и все! Делов-то!

– Ну не зна-а-аю, – протянул Шмыга. – Это не опасно? А мусора если?

– Да какие мусора? Все быстро сработаем! На! – Атом описал кривой удар в воздухе. – По ****ьнику трубой! Терпила падает. По ребрам несколько раз для верности. ****им кошелек и съебываемся. Или ты, Шмыга, зассал? Если ссыклом стал – так и скажи. Нечего вола тут ****ь!

– Я ссыкло? – заорал Шмыга пьяным голосом. – Я еще в девяностые лохов окучивал на районе! Спроси любого – все скажут, кто такой Шмыга!

Он оттолкнулся от стенки. Пошатнулся, но устоял на ногах. Откинул крышку мусоропровода. Оттянул спортивные штаны Badedao с тремя грязными полосками по бокам. Струя мочи попала сначала на кафель, затем на ребро жестянки, отрикошетив на руки, штаны и куртку. Ему потребовалось немалое усилие, чтобы сфокусировать взгляд и попасть в углубление крышки.

– А теперь пойдем, покажу тебе, как настоящие пацаны деляну мутят! – Шмыга с шумом захлопнул крышку мусоропровода и спустился по ступенькам к лифту, вытирая ладони о штаны.

*
– Молодой человек!
Андрей уже почти зашел в подъезд, но обернулся. Позади него стояла очаровательная девушка. Пронзительные светло-серые глаза. Темные волнистые волосы собраны в элегантный хвост.

– Простите, пожалуйста! Не могли бы вы мне помочь? – продолжила она и указала рукой в сторону припаркованного автомобиля – иномарки бюджетного класса с открытым капотом.

– А что случилось? Не заводится? – спросил он.

– Не заводится, – огорченно выдохнула девушка. – Вчера съездила на ТО вечером, все было в порядке.

– Разрешите, – Андрей подошел к машине и повернул ключ зажигания.

Тщетно. Автомобиль не издал ни звука. Он сразу смекнул в чем дело и пошел к капоту. Поправил минусовую клемму аккумулятора. Прошла искра, прозвучал характерный звук сигнализации.

– Так я и думал. У вас ключ на десять есть? Видимо, в автосервисе забыли закрутить гайку.

– Не знаю. Должен быть, – она извлекла из багажника коробочку с инструментами и протянула ему. – Посмотрите, пожалуйста. Меня Маша зовут. А вас?

– Андрей, – улыбнулся он, беря в руки набор ключей. – Очень приятно!

– И мне! Я совсем недавно в этот дом переехала. Еще никого не знаю даже. Будем теперь знакомы!

Он хотел ответить, но громкий визгливый голос не позволил сделать это, грубо разорвав своими децибелами окружающее пространство.

– Тарака-а-а-ано-о-о-ов! Долго тебя-я-я еще жда-а-ать, а?!

Андрею захотелось провалиться сквозь землю. Прямо здесь и сейчас – упасть в разверзнувшийся асфальт и лететь навстречу внутреннему ядру сквозь все слои земной коры.
– Может, вот этого? – Атом показал пальцем на лысого мужчину с барсеткой в кожаной куртке.

– Не, это вроде ровный пацан. Нормальный, как мы с тобой, – Шмыга с шумом втянул сопли. – Надо какого-нибудь пидораса найти. Вон, смотри, нифер!

Из вестибюля метро вышел молодой парень в косухе с торбой на плече. Из-под куртки выглядывал балахон с красным логотипом какой-то металлической группы. Длинные русые волосы спадали на плечи. Он достал пачку сигарет, закурил. Свернул во дворы.

– Вот скажи, Шмыга, нахуя ему такой шевелюр? – недоумевал Атом. – У него денег на стригуна нет что ли?

– Просто он пидорас, вот и все. Деньги-то у него наверняка есть. Пошли! Только не суетись, епта. Делаем вид, что просто гуляем.

Они свернули вслед за парнем. Прошли несколько домов, держа дистанцию перед потенциальной жертвой. Тишину улиц, подсвеченных светом тусклых фонарей, нарушал лишь шум изредка проезжавших машин.

Атом посмотрел на Шмыгу. Тот кивнул, выпустил из рукава прут арматуры и гнусаво выкрикнул:

– Слышь, пацанчик! Сигареткой не угостишь?

Парень обернулся. Хотел что-то ответить, но не успел. Атом, подкравшийся сзади, ударил его куском трубы по спине. Металлист вскрикнул. Согнулся пополам. Дыхание сперло, лицо скривилось от боли и покрылось испариной. Торба слетела с плеча, упала в снег.

Он поднял голову, шумно ловя ртом воздух, и увидел ощерившееся лицо Шмыги с зеленой пузырящейся соплей, свисавшей с левой ноздри. Оно было так близко, что парень чувствовал запах перегара и гнилых зубов.

– Не надо, не бейте! Я все отдам! – взмолился он.

– Хе-хе, – дебиловато хихикнул Шмыга. – Конечно, отдашь! Куда же ты денешься! – прогоготал он и опустил на русоволосую голову кусок арматуры.
*
– Ты где шлялся? – Аня вышла из кухни в коридор.

Андрей снял ботинки, повесил куртку в шкаф. Повернулся к ней лицом. Внимательно посмотрел в светло-серые давно ставшие чужими глаза. Неужели он когда-то любил эту женщину? Любил, бесспорно, любил. Но сейчас он не испытывал к ней ничего, кроме странной привычки. Такую некоторые люди испытывают к включенному фоном телевизору.

– Привет, – сказал он.

– Я спросила, где ты шлялся? – она подошла к нему и отвесила звонкую пощечину. – ****ей на улице клеил?

– Никого я не клеил, – Андрей растерянно потирал раскрасневшуюся щеку. – У девушки просто машина сломалась. Решил помочь.

– Ты бы мне так стремился помочь!

– Не начинай, пожалуйста, – устало произнес Андрей. – У меня и так проблем по горло.

Он взъерошил волосы, обхватил лицо руками, шумно выдохнул и, глядя в пол, безразлично признался:

– Меня с работы уволили. Кризис. Сказали, нужно сократить штат.

Аня с минуту помолчала, переваривая услышанное. Затем схватила его за волосы и принялась трепать из стороны в сторону. Андрей не сопротивлялся. Со стороны он походил на наскучившую тряпичную куклу, терзаемую непослушным ребенком.

– Мразь! Скотина! Паскуда! – кричала она. – На что мы жить теперь будем?! Думаешь, я работать пойду?! *** тебе, слизняк паршивый! Тварь, какая же ты тварь! – Аня с силой потянула сожителя на себя.

Андрей не удержался и вместе со стулом упал на пол. Она села на колени и отвесила еще несколько пощечин. Отползла в угол и зарыдала.

– Какое же ты бесхребетное чмо! Ничего не можешь добиться в жизни! Самый настоящий гондон, плывущий по течению! – сыпались проклятия с ее губ. – Тебе уже тридцать лет! А чего ты добился?! У всех вон квартиры, машины, отдых на шикарных курортах! А чего добился ты?!

– У меня тоже есть квартира, – тихо сказал Андрей, потирая раскрасневшиеся щеки. – И я думаю, не случилось бы ничего страшного, если бы ты тоже поискала работу, пока мы не встанем на ноги.

– Да пошел ты! Я ухожу от тебя, ничтожество!

Девушка встала, откинула с лица спутавшиеся волосы. Споткнулась, запутавшись в собственных ногах.

– Не горячись, – Андрей безнадежно пытался стабилизировать ситуацию. – Выпутаемся. Сейчас позвоню Витьке, займу немного денег. На первое время…

Аня посмотрела на него, все еще сидевшего на полу в рабочих брюках и рубашке, сверху вниз. «Менеджеришка ***в», – пронеслось в голове. Девушка рассмеялась.

– Какой же ты идиот, – сказала она, не скрывая ехидной улыбки. – Мы все думали – когда же ты догадаешься, наконец? Но ты такой дебил, что не видишь дальше собственного носа! Мы встречаемся уже больше года!

– С кем?.. С Витькой?

– Помимо того, что ты гондон и чмо, у тебя еще с мозгами проблемы! Конечно с Витькой! – Аня сорвалась на крик. – И он трахает меня, как ты никогда не трахал! Потому что не способен на такое. Рожденный ползать – летать не может!

Андрей похолодел. В голове помутилось. Куча образов проплыла перед глазами. Испуг, ярость и досада коварным миксом проступили на лице. Он занес ладонь над головой девушки – своей девушки, с которой делил постель, кров, жилье, сокровенные мысли, мечты – делил свою душу и любовь последние несколько лет.

– Ну, давай, ударь! Может, хоть это сможешь?! Будь мужиком, давай! Ударь свою бабу хоть раз! – Аня с вызовом смотрела ему в глаза.

«Уже бывшую бабу», – подумал Андрей и опустил руку.

Злость ушла. Не осталось ничего, кроме пустоты и безразличия. Он надел ботинки, куртку и вышел из квартиры.


     Полная версия произведения на сайтах: 
ЛитРес 
Amazon 
— Ridero 

Добавить комментарий