Редакция Янгспейс пообщалась с одним из 53 волонтёров Алексея Навального о выборах, поездке в Чечню и отношении к политике.


YS: Почему вы едете наблюдателем от штаба Навального?

Он близок мне в идеологическом плане, по сути он добивается смещения авторитарного режима, для того чтобы у нас в стране была политическая конкуренция. А моя позиция на сегодняшний день касательно нашей политической ситуации прямо совпадает с идеями Алексея Навального.

YS: Чем не устроил Путин?

Он находится у власти уже, по факту, 18 лет. У него нет достижений, которые можно было бы приписать ему лично. То, что мы начали жить хорошо в нулевых годах – дело, исключительно, того, что на международном рынке резко возросла цена на нефть и даже в этом смысле мы не использовали наш потенциал в полную силу. Тем не менее, на сегодняшний день всем ясно, что страна в глубоком кризисе, а доходы россиян резко резко понизились.

YS: Почему своим наблюдательным пунктом ты выбрал именно Чечню?

Потому что я сам по себе человек, который любит искать приключения на задницу. Но это не только из-за того, что в моем организме не хватает адреналина. Я совмещаю свою политическую позицию и интересное приключение. С тем же успехом я мог бы поехать в Африку спасать зимбабвийских лягушек или еще что-то подобное.

YS: Почему ты так серьезно относишься к политической ситуации в нашей стране?

Это отразилось на мне, на моей семье. По сути именно при путине во власти появилась организованная преступность. Моему отцу угрожали, обещали отнять бизнес и вся ситуация напоминала фильм Левиафан, а ведь это были не лихие 90-е, а 2007 год. Конечно, отец отстоял свой бизнес, но при этом правоохранительные органы не сделали ровно ничего. На борьбу было потрачено около полутора миллионов евро, самая большая статья расходов которых пошла на обед с генпрокурором московской области: 200.000 долларов, чтобы 10 минут поесть с ним макароны.

Я изначально сказал, что важна политическая конкуренция. Но что она даёт? Не только выбор. Ведь если в выборах принимают участие несколько кандидатов – они борются за власть и соответственно идет постоянная ротация. Не будет такого, что некий господин Иванов подружится с авторитарной главой и спокойно под его покровительством будет делает все, что вздумается. Он поймет, что если это придать огласке и люди будут недовольны, то выберут другого и как только придёт новый глава – придётся передоговариваться или договориться вообще не получится договориться и лавочка прикрыта.

YS: Что будешь делать в ситуации вброса?

Нашей главной задачей в Чечне является не столько контролировать вбросы, а проконтролировать явку избирателей. Например, в Великобритании, где люди активно отстаивают свои политические права, максимальная явка на парламентских выборах 60-70%, а в Чеченской республике: 99% — как такое вышло?

YS: Вы сказали «нашей», кого имели в виду?

Мы едем от штаба Алексея Навального. Это особая группа людей — наблюдатели. В Москве и Санкт-Петербурге собирали команду людей, которые готовы побыть наблюдателями не только в столице, но и в особо «странных» регионах. Среди них была Мордовия, весь Северный Кавказ, Кемерово и Томск.

YS: Что будете делать, если вам начнут угрожать?

Мы не будем делать ничего противозаконного. Мы будем это фиксировать, поскольку по закону любой гражданин может снимать на видео любое правонарушение. Если к нам будут физически приставать — мы придадим это огласке через различные стриминговые сервисы. А если в Чечне действительно все так замечательно с явкой и насколько политически активное общество, то возникает вопрос, почему вы нам мешаете, почему не даёте запечатлеть такой политический феномен?

YS: Кто эти самые наблюдатели? Сколько вас?

53 человека. Это самые разные люди: от успешного офисного планктона до предпринимателей, хипстеров. Среди нас 7 женщин, по крайней мере, из Москвы. Один журналист, много лет проработавший в Чечне, студенты и люди среднего достатка. Слух, о том, что Навальный пообещал заплатить нам по 10.000 евро — неправда. Но если кого-то задержат и против него будут нарушены права человека, то через суд по правам человека можно будет отсудить компенсацию у нашего государства. Но у нас будет юридическая поддержка от штата Навального. Нам также помогает Открытая Россия — могут поставить нам мемориал. Я считаю, что поскольку мы не постоянно работающие журналисты, которые очерняют Рамзана Кадырова, то с нами ничего страшного не случится: мы приедем и уедем.

YS: Сам будешь голосовать?

Нет. Дело в том, что процедура голосования выглядит следующим образом: Вы приходите на избирательный участок и ставите в списке голосующих подпись, далее получаете абсолютно безымянный бюллетень. Таким образом Явлинский в 2012 приходил голосовать со всей своей семьёй и, естественно, что он отдал свой голос самому себе. Но по итоговому протоколу выяснилось, что за Явлинского на этом участке было 0 голосов. Именно так это работает и поэтому явку стараются поднять. Чем больше подписей в избирательных книгах, тем больше поле для фальсификации.

1 КОММЕНТАРИЙ

Добавить комментарий