Константин Харитонов: «Проблема в том, что хороших книг в принципе мало»

4
Книжный магазин Циолковский

Уже несколько лет под кровом книжного магазина «Циолковский» собираются любители книг самых разных сортов: ценители современной поэзии и прозы, почитатели классики, искушенные поклонники нон-фикшна, искусствоведы, букинисты, политологи, филологи, историки… Список этот едва ли можно закончить. Среди небольших столичных независимых книжных «Циолковский» действительно очень выгодно выделяется широким ассортиментом – кажется, на его полках можно найти всё, так как персонал очень ответственно и с любовью подходит к выбору продукции. С недавнего времени на базе магазина открылось и издательство, пока ещё совсем юное, но уже многообещающее. Youngspace удалось поговорить с одним из его сотрудников – главным редактором Константином Харитоновым.


Вот уже довольно много лет «Циолковский» продаёт книги, у него появилась своя аудитория и своя книгопродавческая ниша. Как вы пришли к тому, чтобы издавать книги?

Это произошло чуть больше года назад, прошлым летом. Мы не первый год занимаемся продажей книг, и всегда смущает один момент: книг мало. Несмотря на то что кажется, что в магазине их много, что все полки заставлены, на самом деле очень много всего неизданного. Это касается как старых книг, которые издавались когда-то давно и не переиздавались по сто лет (хотя они любопытные), так и каких-то иностранных книг, каких-то, может быть, современных книг, которые кто-то пишет, но негде и никому их издать. Есть ощущение нехватки книг. Кроме того, работа в книжном магазине – потоковая. Приходят новые книги, мы с ними работаем, продаём, потом ещё новые книги… Издательство – нечто немного другое. Мы полностью работаем над книгой, с самого начала и до самого конца. Через верстку, редактуру, корректуру, обложку, печать в типографии – через всё это появляется книга, которую мы ещё и сами продаём. Это немножко другой тип работы, который оживляет нашу монотонную книжную деятельность.

У вас получился полный книговоротный круг. Расскажите подробнее про весь процесс – с самого начала, покупки прав, и до того, как книга оказывается на полке.

Мы не всегда покупаем права, потому что не на все книги права требуются. Например, нам нравится издавать книги, на которые авторские права уже истекли. Одна из таких недавних книг – сборник «Футуризм и безумие». Идея пришла, когда мы рылись в нашем букинистическом отделе и обнаружили одну из этих книг. В сборник входят три книги, все посвящены вопросу безумия и искусства, больше в контексте футуризма. Мы увидели одну из этих книг, решили – здорово, это же очень интересно! В 13-ом году сидел человек в Киеве, положим, и написал вот такую книгу, проанализировал футуризм, безумие. В Западной Европе об этом стали писать уже после войны только. Но российский читатель просто не знаком с этими работами. Они не переиздавались больше ста лет, и это печально. Мы решили, что здорово было бы такую переиздать. Начали об этом читать, ведь нельзя просто взять книгу и издать – вот понравились какие-то буковки, и мы их издадим. Нужно понять, что они из себя представляют, какой-то контекст. Увидели, что издавались похожие книги. Собрали их вместе, решили, что эти три книги составят неплохой сборник.

Дальше была работа над текстом. Нужно из pdf-а, к примеру, превратить всё в тестовый формат, поубирать яти, потому что в 13-14-х годах всё печаталось по-другому, немножко стилистику изменить, ведь какие-то слова уже не употребляются, какие-то обороты тоже, чтобы чуть-чуть осовременить, чтобы читателю было проще и понятнее. Проверить всё на предмет опечаток, ошибок. Делаются комментарии, потому что далеко не всё сегодня понятно читателю из того, что было очевидным много лет назад. Дальше всё отправляется в вёрстку, поверх вычитывается, обложка придумывается. Решаем, какая бумага должна быть, какая должна быть обложка – твёрдая, мягкая, из какого материала. Всё это отправляется в типографию, из типографии возвращается к нам, и мы уже продаём сами и через поставщиков направляем в другие магазины. Ну, и какая-то информационная сопроводительная работа: отрывки выложить куда-то на разные сайты и ресурсы, сообщить миру, что эта важная книга существует и её стоит почитать.

С какими подводными камнями вы столкнулись?

Они самого разного характера и возникают время от времени. Например, качество перевода: без глубокого вчитывания кажется, что всё нормально, а когда начинаешь сверять с оригиналом, понимаешь, что переводчик, мягко говоря, не справился. Могут быть проблемы в типографии. На самом деле серьезных нерешаемых проблем пока не было. В принципе, все сложности можно разрешить.

Сколько человек в вашей издательской команде?

Постоянно – два человека, я и Максим Сурков. Есть верстальщик, человек который делает обложки… На отдельные проекты подключаются люди, если им это интересно.

А кто именно занимается подборкой книг?

Я и Максим.

Как вы находите книги, которые хотели бы издать?

Ну, мы находимся среди книг (смеется), и иногда приходят идеи. Или кто-то что-то предлагает. «Вот, у меня есть перевод, давайте что-нибудь сделаем…»

Бывают споры?

У нас такого нет. Мы идём друг другу навстречу, потому что очевидно, что всем одинаковые книги нравиться не могут. Смысл же не в том, чтобы издавать книги, которые мне безусловно нравятся. Каждый человек уникален, у каждого свои вкусы. Есть другие вкусы, другие люди, поэтому стоит гибче относиться к тому, что именно мы издаём. В целом, мы стараемся делать такие книги, которые были бы чем-то интересны. Любая из наших книг может кому-то понравиться, а кому-то не понравиться. Мы стараемся делать их так, чтобы они становились поводом для разговора.

Но ведь есть какая-то общая канва, по которой вы выбираете книги. Как бы Вы описали нишу книжной продукции, которую вы занимаете?

Хм… Наверное, это редкие и противоречивые книги… про безумие, на самом деле. Если и можно описать это одни словом, то это лёгкое безумие, что-то необычное, что-то выходящее за рамки повседневного восприятия окружающего мира. Что-то, что может человеку представить немного другой облик окружающего мира. Хороший пример – Шарль Фурье. С одной стороны, это крупный философ, который оказал огромное влияние на развитие науки своего времени, человек, который придумал слово «феминизм», стал первым феминистом (с него и началась эта идея в качестве осознанной и смысловой). Не все его идеи могут быть приняты сейчас, тот же радикальный феминизм… Да и всё, что мы любим в марксизме, – это тоже есть у Фурье. В то же время, он не является скучным догматиком, он самый настоящий безумец. Его прорыв к освобождению – освобождению женщины, человека, трудящегося – был настолько безумным, и он настолько в этом притягательный, что это наша любимая книжка. Его сложно читать, но это фантастическое чтение.

В данной связи тогда такой вопрос: какими вы видите своих конкурентов?

В России книжная отрасль настолько узкая, что о конкуренции и речи быть не может.

А, например, «Ad Marginem»?

Почему они могут быть или должны быть нашими конкурентами? И мы для них? У нас совсем не пересекается ассортимент. Во-вторых, это большое и серьёзное издательство с долгой историей. У нас с ними дружеские отношения. Сейчас в России с книгами не проблема в том, что какое-то маленькое издательство может быть конкурентом для другого, проблема в том, что хороших книг в принципе мало, их в принципе не хватает. Нужно больше издательств, больше магазинов. Возможно, меньший масштаб издательства «АСТ Эксмо», которое занимает 60% рынка… Если бы они потеснились… Но мы не можем говорить, что мы их конкуренты, это смешно. А на уровне маленьких издательств никакой конкуренции нет, как и между магазинами. Их должно быть, наоборот, больше.

А дружеские отношения, помимо «Ad Marginem», с кем-то есть?

Много с кем, на самом деле. Наши друзья – книжные магазины. В Питере, например, это «Порядок слов», «Фаренгейт 451», «Факел». Несколько книготорговых компаний, названия которых ничего не скажут, наверное. Это среда независимых книжных магазинов и издательств, с ними мы дружим. Есть такое сообщество – и людей, и организаций.

Вы упомянули, что сейчас серьёзная проблема с ассортиментом нужных и интересных книг. Какие ещё проблемы в современном издательском мире?

Себестоимость. Во-первых, большая проблема – это стоимость аренды вообще в России. Если, например, в западных странах, где правительство немного заботится о чтении людей, для магазинов есть налоговые льготы, скидки, в России ничего такого нет, мы арендуем по рыночной цене. Для любого серьёзного предприятия, будь то магазин или предприятие, нужно помещение, где бы всё и происходило, хранилось, люди работали. Но издательствам в России сложно конкурировать с пивной, например, с крафтовым баром. Я люблю крафтовые бары (смеётся), но конкурировать с ними по рыночным ценам проблематично, это разные ниши, разные сегменты. И культура требует поддержки.

С другой стороны, конечно, рост себестоимости производства самих книг, стоимость авторских прав. С трагичным изменением отношения курса рубля к доллару очень резко выросла стоимость авторских прав, их стало проблематичнее закупать. У нас нет возможности печатать книги большими тиражами. И не только у нас! Если мы посмотрим на книги, которые продаются в «Циолковском», их тираж – 1000-5000 экземпляров (опять же, кроме того, что делает «АСТ Эксмо», они могут себе позволить более крупные тиражи). Маленькие издательства крупные тиражи себе позволить не могут. За счёт этого увеличивается цена книги, чем выше цена – тем меньше людей готово купить книги, потому что кризис… При всей важности книг, есть люди, которые готовы последние деньги потратить на них, но всё-таки это не предмет первой необходимости. Трудно осуждать людей: еда, одежда оказываются важнее.

Очень узкая сеть распространения книг. Даже если мы издадим 5000 книг, очень сложно сделать так, чтобы они оказались в сетевых магазинах. В Москве есть несколько независимых магазинов, где наши книги продаются, есть несколько хороших крупных («Библио-Глобус», книжный магазин «Москва» – те, кто заботится о том, чтобы у них был интересный ассортимент) – туда наши книги можно направить, это не проблема. Но есть сетевые – например, «Читай-город», где наши книги продаются только в интернет-магазине, в торговые точки они их не берут, там свои представления, как это всё должно происходить… Люди даже не могут узнать, что мы продаём такие книги, что они вообще существуют. Ошибка говорить, что спрос рождает предложение, всё не совсем так. Предложение тоже определяет спрос. Если у нас в магазине, очень условно говоря, только хорошие книги, то люди их, конечно, купят. А если только плохие, то люди купят только плохие. Поэтому проблемы с распространением книг довольно серьёзные. Например, в Петербурге есть большая сеть «Буквоед», и там нет книг «Ad Marginem». Они просто не считаю нужным эти книги у себя иметь. И что, это спрос такой? Или предложение? В чём сложность? Я не думаю, что жители Москвы хотят видеть книги «Ad Marginem» в «Читай-городе», а жители Петербурга не хотят.

А положительные тенденции есть?

Да, мы стараемся (смеется).

Понятно, что за последние десять-двадцать лет книжное дело в России как-то поменялось. В какую сторону?

Стало меньше издательств. За последние десять лет многие небольшие интересные издательства были выкуплены холдингом «АСТ Эксмо». И это большая проблема. Они остались полунезависимыми, они делают хорошие книги (издательство «Corpus», например), но, в целом, маленьких интересных книжных магазинов и издательств стало меньше. Тут скорее ничего хорошего. Но много хороших книг издаётся, всё в динамике.

По поводу спроса – на Ваш взгляд, каков портрет вашего среднего читателя?

Это любой человек, совершенно любой. Нет никакого среднего читателя. Это иллюзия – представить, что вот, наш человек, он такой образованный, молодой, который чем-то там интересуется… Ничего подобного (улыбается). Это любой человек – любого возраста, любого пола, любых взглядов, с любыми интересами. У нас можно встретить самых необычных людей и очень удивиться, что они вообще существуют. У нас в магазине встречаются люди самых разных представлений о жизни, они беседуют.

Вы стараетесь конкретно разделять издательство и магазин? Или это симбиоз?

Симбиоз, но всё-таки это разная работа, разная форма деятельности. Магазин шире, чем издательство. Но всё равно скорее симбиоз.

Расскажите немного про книгу Джона Росса, которую вы планируете издать.

Это довольно интересная книга, посвященная истории американских левых, которая начинается, по книге, с истории на Хай-маркете, Первое мая – оттуда и пошёл восьмичасовой день, когда нескольких анархистов несправедливо осудили в результате провокации, повесили, с этой травмы американских левых очень интересно рассказывается их история, переплетается жизнь самого Джона Росса, который всегда был бунтарём, любителем выступать против американских ценностей… Коммунисты, Мексика, Латинская Америка, он журналист, писатель, поэт, наркотики, алкоголь, всё это перемешивается – как и перемешивалось в истории Америки. Троцкисты, маоисты, компартия – это всё нагромождается как часть его истории, и он вступает в диалог с давно умершим анархистом, который рассказывает свою историю, историю американских левых 19 и начала 20 века. Бунты, восстания, забастовки, профсоюзы, Юджин Дебс, приезд в Америку Фиделя Кастро с Че Геварой, всё это в одной книге перемешивается и вырисовывается в единую картину, в картину левых в стране, где, казалось бы, нет левого. Казалось бы, Америка – страна капитализма, частной собственности, частной инициативы, где каждый сам за себя. Этот фронтир отодвигается. Казалось, всё так – но на самом деле в Америке все ценности перемешаны с левыми с ценностями, с бунтами, восстаниями, освобождением, коллективами, профсоюзами. История бурная, интересная и непростая, и нам бы хотелось её издать. Во-первых, это совсем неплохое произведение с художественной точки зрения, её интересно читать – как раз для тех, кто любит альтернативную литературу. Во-вторых, с другой стороны, по содержанию она историческая, она рассказывает о героях американского левого движения и о событиях, которые постоянно происходили в Америке. Часто в России (да и не только) принято смотреть на какое-то общество, страну или событие очень упрощённо, плоско. Есть явление, и им всё охватывается – а всё всегда намного сложнее. Эта книга показывает сложность Америки, это огромная и очень сложная страна, очень разная и сильно отличающаяся – в разных местах и разных своих проявлениях.

Вы организовали краудфандинг по сбору средств для издания книги. Как идут дела?

Собирается кое-что потихоньку, собирается. Смысл в том, что это работает как предзаказы. Чем больше мы сможем собрать предзаказов, тем большим тиражом мы сможем издать книгу, тем она будет дешевле, тем больше людей смогут прочитать её.

Это же концепция народного издания как раз? Как вы к ней пришли?

Эта идея появилась, когда мы решили издать нашу первую книгу – биографию Антонена Арто. Денег на издание не было, и мы решили попробовать таким образом – предложить людям, которым это интересно, поучаствовать в издании. Люди вносят какую-то сумму денег – по возможности, получают что-то (книгу ли какие-то ещё бонусы). С собранных денег у нас получается сделать приличный тираж и, соответственно, огромное количество людей участвует в издании книги, и эта книга становится возможной. Без помощи этих людей, которые нам тогда помогали, мы бы эту книгу не смогли издать. А так – она стала возможной потому, что люди, обычные люди (мы не искали никаких богатых спонсоров) просто сделали возможной книгу. Это и есть концепция народного книгоиздания.

В плане книгоиздательских стратегий – вы ориентируетесь на кого-то?

Нет, мы стараемся от этого отходить. Очевидно, что мы взаимодействуем с другими издательствами. Не первый год в качестве магазина мы смотрим оформление других книг, ассортимент, это нормальная практика: смотреть, у кого что как получается, и, когда нам что-то нравится, перенимать и пробовать. Но это взаимодействие. А так, чтобы мы прям ориентировались… Зачем? Должно быть больше разных издательств, нужно стараться идти своим путём, со своими ошибками, со своими успехами. Чем больше будет разного и интересного, тем ведь будет интереснее жить.

Что у издательства в планах?

Планы у нас довольно масштабные. Например, к 7 ноября у нас выйдет фантастическая книжка Льва Троцкого про его побег из ссылки, такое полубеллетристическое произведение. Она тоже не издавалась сто лет! Её нет в электронном виде – мы сканировали текст. Это просто фантастическое произведение о том, как он сначала едет в ссылку, потом на каких-то оленях, с пьяным извозчиком, через тундру, тайгу выезжает, ловит оленей, когда один подвернул ногу (улыбается)… Очень интересная книга. Будут ещё воспоминания немецкого скульптора Арно Брекера. Это очень известный скульптор, который прославился тем, что стал одним из виднейших скульпторов Третьего Рейха. Но интересен он не только этим. Он был сложившимся скульптором и до Третьего Рейха, и после, прошёл денацификацию. Я скорее негативно отношусь к его сотрудничеству с Рейхом, но это интересный исторический персонаж, деятель культуры. Это человек, который формировал немецкую культуру. В России, мне кажется, небесполезно знать больше о немецкой культуре. Будет ещё одна книжка – тоже много лет не переиздававшийся кинороман, написанный в начале 20-х годов. События происходят в Одессе, главные герои – анархисты, которые переживают революцию, участвуют в ней, политический климат меняется в сторону больше диктатуры. Это редкая книга, которой тоже нет в электронном виде. Интересно изучать литературу 20-х годов. Она была очень богатой и разнообразной, она не ограничивается Андреем Платоновым и Владимиром Маяковским. Она гораздо шире и масштабнее. Забытые имена совсем недурно вывести наружу. Планируется к изданию «Бильхана» – индийская фантастическая средневековая поэма о любви. Великолепная история, насколько её удалось восстановить: молодой, скажем так, интеллектуал занимался тем, что обучал науке, и его нанял местный царь, чтобы он обучал его дочь. Между ними произошла любовь – романтическая и физическая. Царь разозлился и отправил нашего интеллектуала в тюрьму и приказал его казнить. Тот написал в тюрьме поэму – пятьдесят строф об украденной любви, крайне романтичную, очень красивую. И царь растрогался, простил и разрешил им жениться. Это, может быть, легенда, сейчас нельзя всё точно восстановить, но текст стал одним из важнейших в индийской средневековой поэзии.